19-й батальон ТРО: о тотальном дезертирстве, героях и местных сепаратистах

Прочитали: 3619

19 батальонВ последние мягкие дни осени NL пообщался в телефонном интервью с одним из бойцов 19-го батальона ТРО, который рассказал о наболевшем, быте на линии фронта и поделился личными фотографиями с передовой. В первой части публикации мы писали о ватных штанах 74-го года, валенках и роли «Википедии» в войне на передовой.

19 батальон

Шрамы от снарядов на теле земли

Кто-то готов положить душу и тело. А кто-то – нечто совсем другое

Пожалуй, самым громким событием, связанным с батальоном, можно назвать дезертирство более сотни солдат в сентябре. Легко подсчитать, что это треть батальона. Конечно, на передовой опасно и страшно. Но вряд ли кто-то из оставшихся ребят с пониманием отнесся к тем, кто бросил своих боевых товарищей и оголил их спины.

19 батальон

В эту машину когда-то попал снаряд

- Тут никто никого не уговаривает. Это, все-таки, не шутки – могут убить или покалечить, - рассказывает боец. -  Никто напрямую не говорит: «Я боюсь». Звучат разные отговорки: «Я понял, что я не солдат, я не могу убить человека. Я не смогу быть вам полезен. Вдруг что-то начнется, и придется убивать, а я не смогу убить человека», «Я выбрал семью, для меня семья важнее. Вдруг что-то со мной случится», «Мне 50 лет, на черта оно мне надо», «У меня работа, я начальник склада, инженер на «Нибулоне», меня никто не может заменить, и я настолько незаменим, что мне нужно домой». Есть ребята, которые до этого были в «Народном ополчении», потом стали добровольцами, а потом бежали с лихорадочными глазами. И на вопрос: «Куда же вы, пацаны?», говорили нелепости типа: «Мы для Николаева набирались (одна из центральных отговорок, кстати), и мы должны охранять Николаев, а не ехать в Донецк. Я на это не подписывался».

Но есть и совсем иной тип дезертирства – уход на блокпосты. Это одна из самых больных тем для солдат на передовой.

19 батальон- Многие корреспонденты, приезжающие к нам, думают, что эти блокпосты – чуть ли не самый важный момент, - признается солдат. – На самом деле нет. Мы были сначала на очень тяжелом участке, под постоянным минометным обстрелом. Потом нас решили переместить. Народ считал, что нас отправят глубоко в тыл, или что-то еще, потому что многие боялись. Но получилось так, что наша новая позиция была в изгибе реки, то есть, еще немного ближе к вражеским позициям. И народ испугался: «Что, мы еще даже вперед уходим? Мы не согласны, мы не готовы», и так далее. Командиры наши объясняли, что позиция безопасна, и раньше мы стояли в намного более сложном месте. Но народ уже паниковал и не верил ему. Затем командир сказал так: «Я выдвигаюсь, кто со мной - поехали». И группа людей отправилась с ним. Но был один офицер, тоже бунтовщик, который сказал: «никуда». Таким образом, появился лидер, к которому солдаты стали примыкать. Они отказались ехать, и один или два дня просто находились в штабе, не при делах. Потом вышел командир и сказал: «Не уезжайте домой, мы для вас сделаем блокпосты». Эти еще долго думали - согласны, не согласны. В итоге стали. А эти блокпосты – в качестве того, чтобы люди просто не убежали домой.

19 батальонДля робких солдат оборудовали блокпосты, даже выделили какую-то технику. По мнению бойцов передовой, свою минимальную функцию они выполняют – лучше с ними, чем без них, конечно. Но в задачах от штаба и командования блокпосты не значились.

- Если бы все эти люди стали на передовую, то, к примеру, разрыва в километр-полтора между нашей ротой и соседней ротой не было. Была бы сплошная оборона. Но люди вынуждены стоять очагами такими, чтобы больше закрыть. Один блокпост стоит прямо на выезде из штаба, на расстоянии пятисот метров каких-то. Контролирует тех, кто въезжает в штаб. По рации мы слышим, что блокпост сообщает: слева направо проехало то, справа налево проехал «жигуль». На въезде в село. Вот вся функция блокпостов.

19 батальон

"Цена свободы — вечная бдительность"

Однако злой рок, не лишенный извращенного чувства юмора, и тут их переиграл.

- Вышел один интересный момент. У нас такая позиция, которую неудобно обстреливать. Потому что мы в лесу, и местность нас укрывает. Корректировщику огня негде присесть, тут нами простреливаются все участки. А блокпосты находятся на открытой территории, плюс они недвижимые, и любой человек, даже который в селе, может взять бинокль и корректировать огонь. По блокпостам уже не один раз велся минометный обстрел, их обстреливают намного чаще, чем нас. Получилась дурацкая ситуация, что те, кто хотел убежать и спрятаться, сейчас попадают под обстрел намного чаще.

19 батальон

Отважные парни - вся "соль" этой земли

Хотя и по позициям на передовой обстрелы ведутся регулярно. Даже во время интервью время от времени в трубке слышны были звуки, больше уместные где-нибудь в преисподней.

- Слышишь шум? Соседние позиции обстреливают минометами. Я вижу дым на горизонте, - голос бойца сразу стал напряженным.

19 батальон

Боец с позывным "Завхоз" был призван в батальон перед самой отправкой в зону АТО. Впервые взял в руки автомат уже там. Пожертвовал хорошей доходной работой, чтобы защищать страну, в которой родился

19 батальонУ водителя праздник - он получил новую старую машину

Отношение солдат к доблестным «стоятелям» на блокпостам не намного лучше, чем к тем, кто убежал в Николаев.

- Когда ты убежал, ты явно показал, что тебе страшно. А тут ты, во-первых, подвел, а во-вторых, еще пытаешься красиво выглядеть, что не убежал, а тоже здесь. Бывали случаи, когда люди с блокпостов приезжали, и обвиняли бойцов с передовой, что они тут сидят в безопасности, а их на блокпостах расстреливают.

Кому война

На первой позиции около в Тельмановском районе, за ребятами постоянно наблюдал мужчина, возле заправки которого они обустроили лагерь. Потом там собралось около 15 человек, которые что-то обсуждали. Позже местные рассказали, что это было собрание сторонников «ДНР», а хозяин заправки – активист, всячески помогавший террористам. Спустя неделю он покинул свое жилище и уехал.   

19 батальон

В дозоре

«Воины света» из 19-го батальона стоят на самой границе территорий, подконтрольных украинским вооруженным силам. Поэтому настроения населения в прифронтовых селах, конечно, разные. Солдаты регулярно отвозят в ближайший населенный пункт гуманитарную помощь: армейские сухари, крупы, сгущенку, тушенку. По словам бойцов, чем более серьезные обороты приобретает конфликт и затягивается, тем чаще народ заявляет: «Нам это не надо! Пускай уже будет Украина». Потому что остаться на зиму без крыши над головой, когда снаряды летят, никому не хочется.

19 батальон

19 батальон

Солдатские "хатки"

- Может, они были бы сепаратистами, если бы все так легко случилось. А если надо так сильно стараться, подвергаться опасности, да еще и брать оружие в руки, и рисковать своей жизнью, то они, наверное, уже и не сепаратисты. Тут мужики в селе говорят: «Я лучше отсижу в тюрьме, если меня будут мобилизовать, - делится наблюдениями боец. - Если бы это была мечта их сердца, как на западной Украине – ОУН-УПА в подполье десятилетиями продолжала войну, то здесь ребята готовы отказаться от мечты спустя три-четыре месяца противостояния.

19 батальонЖизнь в украинском селе и так очень тяжела. Поэтому времени задумываться о духовном у людей нет, считают бойцы.

- Днем за нас, ночью могут быть против нас. Народ тут никакой идеей не обременен. Народ обременен только заработком. Если, например, он едет в Тельманово, которое сейчас под контролем ДНР, на рынок, и ему предложат несколько сотен долларов, или даже сто долларов, за то, что он сдаст позиции украинских военных, и он будет уверен, что никто не узнает, то согласится. А если мы у него попросим бензопилу взять, а взамен дадим четыре банки тушенки, то он с удовольствием так же нам поможет. Он обе стороны воспринимает, как способ поправить свое финансовое положение. 

19 батальон

Волонтеры из Нового Буга сделали для парней буржуйку из баллона для пропана

Герои нашего времени

Разговоры о тотальном дезертирстве оставляют, конечно, горький осадок. Есть ведь те, кто остался, кто выполняет свой мужской долг без страха и упрека. Какие они, герои николаевского 19-го батальона, в глазах своих сослуживцев?

- Геройство вообще, во время боевых действий, говорит о том, что что-то организовано неверно. Если будет служба организована верно и грамотно, правильно расставлены посты, то геройство не нужно. Им закрываются просто дыры, - считает боец. - Геройство – это крайний случай спасения тонущего корабля. Так вот, наш боец с позывным «Лесник», корректировщик огня, так организовывает службу, расставляет посты и ставит растяжки, что все в порядке. Его геройство в том, что геройство не нужно, когда командует тобой он.

Лесник

"Лесник" пользуется огромным авторитетом у сослуживцев

Боец с позывным «Лесник» так же блестяще выполняет свои непосредственные обязанности.

- Он должен ходить на нейтральную территорию, инкогнито находиться в какой-то посадке, кустах, в подсолнечном поле и корректировать огонь артиллерии. Это очень опасно, потому что он не может нести с собой бронежилет, и зачастую он не берет рацию, потому что террористы глушат радиосигнал, или пеленгуют его, и потом выезжают за корректировщиком на «Ниве», либо сразу это место обстреливают. Вот такой удалой смелый парень. Он даже предлагал очень смелые разведывательные операции, которые отклонялись, но он готов был выполнить эти задачи, - отмечает солдат.

19 батальон

Снайпер, получивший винтовку от сбежавшего коллеги. Официально имеет право уехать домой - у него четверо детей. Но не привык отступать

Есть в батальоне также воин, который на «гражданке» занимался стендовой стрельбой. Еще в сентябре из соседней роты сбежал снайпер, и ему отдали снайперскую винтовку, потому что лучше него стрелять никто не умел. Когда террористы попытались проникнуть на позицию батальона, отправив пять человек для захвата через мост, боец не стал прятаться, и под постоянным минометным обстрелом «снял» двух боевиков.

- Обычный человек сделал два выстрела, и группа отошла, - вспоминает собеседник. – А так бы они зашли к нам, пока все прятались в окопах, и неизвестно, чем бы все закончилось.

19 батальонИ таких примеров в батальоне намного больше. Так что, о дезертирах можно уже и забыть. Оставшиеся ребята несут службу за двоих, а то и троих.

Анна Голбан