Как в Николаеве императорский племянник основал из-за жары «Ракетку»

Прочитали: 6851

И занесло же когда-то в Николаев замечательного изобретателя Константина Константинова. 

В эту ночь исполняется 142 года, как Николаев стал местом смерти великого ученого, создателя первой боевой ракеты Константина Николаевича Константинова!

И так, сын младшего брата императора Александра І, и французской актрисы, внук знаменитого французского механика и часовых дел мастера Бреге.  Голубейшей крови человек,  светлейшей головы, вряд ли он знал, приехав в наш корабельный город с желанием спасти человечество от пыток войны, что  именно тут он обретет самый настоящий покой. Но это было потом, а сперва…

Вся Россия волновалась! Не все победы давались ей так просто, как она хотела. Но несмотря на это, правящие "государственные Фомы" смотрели с подозрением на «пороховые выдумки», над которыми Константинов, кстати, работал долгие годы,  добиваясь неплохих результатов. Его ракеты уже вполне могли сражаться вместе с пушками.

В конечном итоге, хорошенько поразмыслив, ракетный завод из Петербурга решено было перенести в славный город Николаев! На то было достаточное количество причин. А Константин Константинов, как «полцарства» в придачу, был приписан к заводу для дальнейшего «использования».

Николаев был готов к приему гостей далеко не на пятерку! Тогда еще уездный городишко в Херсонской губернии имел возможность разместиться вдали от железной дорогой, торговых путей, грубо говоря, он не был связан с городами. Появлялись первы сложности хотя бы с доставкой строительных материалов. Ну, и естественно, трудовому составу нужно было где-то жить, чем-то харчеваться.

Руководство раскидали по центральным улицам. Заведующий изготовлением и употреблением боевых ракет поселился в доме № 18 по Купеческой Улице (ныне Потемкинская улица), а канцелярия и временное управление заведующего разместилось в здании на углу улиц Спасской и Артиллерийской (сейчас ул. Артиллерийская, д. № 11). Команде же повезло меньше, ее радушно поместили в полуразрушенном доме местного купца под фамилией Соловьев. Оправдываясь тем, что это достаточно удобно, так как развалюха находится в дескать удачном месте.

Строительство началось, как говорится, с немалым скрипом. Слишком уж необычную кашу заварили в грубых николаевских котлах. Да и с прошедствием нескольких лет можно было заметить, что завод особо не спешит строиться. К тому же, долго не решен был вопрос и о получении земли для полигона. Ведь крайне важно для безопасности было выставить его на хорошее расстояние для корабелов.

По подсчетам Константинова, Николаевский завод мог бы выпускать за восемь месяцев до 18 000 полевых ракет, в то время как на трех ручных прессах С. Петербургского ракетного заведения — до 8000 ракет в год. А множество смелых решений и интересных находок в производстве делают проект ракетного заведения в Николаеве значительным не только для отечественного ракетостроения, но и для мирового машиностроения в целом.

Но, несмотря на все позитивные моменты, Константинов был весьма озабочен кадровым пополнением штата! Для завода с такими претензиями нужны были, как минимум, грамотные люди. В Николаеве с такими была, к сожалению, напряженка.  Поэтому Константинов зазывал специалистов из профессиональных училищ, зазывал в город своих давних товарищей по роду деятельности.

В 1869 года строительство медленно подкрадывалось к красной ленточке! Отличную роль сыграло само место в Северной части города на берегу реки Ингул, сразу за Адмиралтейством. Оно значительно торопило  строительство. Как сообщают нам документы, в этом же году практически было возведено здание главного корпуса длиной в 150 саженей, вокруг около 35 строений запланированного завода выстроена была каменная ограда. Да и рабочим, наконец, тоже подыскали более имение достойное жилье. «Нижние чины размещены в вольнонаемном от артиллерийского ведомства доме и расположены весьма удобно. На штатное число из экономической суммы построены железные кровати, при них на полный комплект одеяла и прочее постельное белье», - рапортовал Константинов в очередном своем опусе.

Можно сказать, отец завода относился не только к своему детищу с огромной заботой, ею он одаривал всех, кто принимал участие в этом важном деле. К тому же Константинов старался заглянуть немного дальше и уже высказывал желание, что при новом заводе должна состоять еще и учебная ракетная бригада. На эту бригаду он хотел взвалить учебный цент. Для этого в Николаеве чуть было не выстроились 16 ракетных батарей лагерем на  Ингуле.

Все это углубление в городские перспективы и приданное засасывало манерного и великосветского Константина в пучину корабельных интриг и его бытовых пустяков. Находясь вдали от Петербурга его сердце начинало биться медленней, глаза гореть на несколько киловатт тусклее. Это не могло не отражаться на доблестной биографии ученого, изобретателя, генерал лейтенанта Константинова. Да и что мог предложить наш скромный город представителю царской интеллигенции… 

В те года бедный Николаев мог похвалиться очень не многим. Даже  прогуливаться великому ученому тут было негде. Всего две улицы - Адмиралтейская и Соборная были для этого годны, остальные же утонувшие в песке и пыли годились только лишь под топот дедовых калош, но никак ни кожаных модных каблучков. Каждая маломайская хромая телега, проволочившаяся по этим улочкам вздымала все дорожные осадки так, что казалось, густой туман завернул из-за угла. Город еще не был так зелен, как с приходом Ливанова. На минуточку, из 33 городских колодцев на то время воду испить можно было всего из шести. Все эти условия, поджаренные равнодушным солнцем, благоприятно способствовали развитию многих заболеваний, в том числе простудная лихорадка шаталась по городу куда чаще паяных моряков.

Как мы знаем, многие сложности заставляют нас принимать отличные решения! Ужасное лето 1869 года поразило Константинова особенно. Пятьдесят градусов жары приневолили 25 работников подхватить тропическую лихорадку. Ведь беднягам мало того, что не было что пить, им даже некуда было элементарно спрятаться от жары, а сквозняки совершенно не входили в положение горожан. Константинов был в ужасе. Собственно, именно этому лету жителям Ракетного урочища нужно бы сказать спасибо! Именно глядя на всю эту ситуацию великий изобретатель рекомендовал на территории ракетного заведения рассадить газоны с деревьями хотя бы для уменьшения пыли.

Кроме жары, Константин Константинов никак не мог приучить себя к цветущему в городе воровству. Тогда в Николаеве практически каждую ночь без препятствий «чистили» сараи и кладовые мещан, грабили ночных гулен. Конечно же, этот промысел коснулся и священного для Константинова завода! В апреле того же 1869 года из окна прилогающегося  здания стащили наковальню!

Ладно, наковальня, Константинов куда больше переживал за топливо, так тяжело доставляющееся в Николаев. Для предотвращения его хищения изобретатель разработал любопытнейшее хранилище. Это был специфический сарай, стены и крыша его были железными. Само по себе это было достаточно вместительное местечко в нем могло притаиться 14 000 пудов топлива! Внутри сарая рядом с дверями Константинов предусмотрительно велел поставить  весы, дабы приказчик знал и фиксировал расход и приход топлива.

Но, ни воры, ни жара  в нашем городе не вызывали у императорского племянника столько непонимания, как обыкновенный  городской рынок. Когда уездная скука, наконец, завела ученого в это место, несчастный интеллигент был обезоружен! Скудность прилавков даже на фоне общего недостатка продовольствия в стране настораживала. Чтоб как-то помочь николаевцам, он начал обращаться со статьями в столичные СМИ. Но, это особо не помогло. Собственно, как и предложения ученого спасаться от голода за счет мясца речных черепах и беспомощных кляч.

Конечно же, такая ярчайшая личность в полузабытом городишке не могла не вызвать определенных эмоций у жителей. Фантастическая для местного люда начитанность, эрудиция превращали его в персону крайне любопытную. Современники делали из глаз блюдца, когда Константинов начинал свою речь,  дамы хватались за сердца, чтоб они не выскочили от нераздельной влюбленности! Эффектность выражений и собственно харизма Константина Ивановича злила местного мужчину основателдьно, заставляя недовольно шевелить усиками. Хотя несмотря на зависть и опасения, этот столичный франт, таки сумел собрать в своем доме сливки инженерно-технического круга.

Константинов был сторонником не только технического общества в нашем городе. Он пропагандировал пользу военных обществ и предлагал издавать их журнал, предлагал организовать общество домашней экономии, которое «заботилось бы о распространении во всех общественных слоях сведений о продовольствии и домашнем устройстве в гигиеническом, профилактическом, лечебном, удовольственном и экономическом отношении», как он размышлял.

Но от жизни социальной, вернемся, же снова к заводу. Фантазию свою Константинов не жалел! Например, для исключения скопления пороховой пыли с целью предосторожности славный изобретатель предусмотрел систему смачивания стен помещений снаружи и внутри водой. Для системы снабжения водой из колодцев он закачал в Англии водоподъемные приспособления (насосы) и локомобиль. В качестве двигателя использовалась автоматическая ветряная мельница, благо, что ветры в Николаеве дуют почти беспрерывно. Даже хотел было привезти в Николаев из Питера маятник. Финансирования завода то урезали, то продолжали. Константинов постоянно пестрил своими новыми технологическими фокусами удивляя высшее руководство.

И, возможно бы, в Николаеве смогли родиться еще очень многие открытия, если бы ни внезапная кончина великого изобретателя! Болезнь его обострилась, и в ночь на 12 января 1871 года Константинов скоропостижно скончался. Мировые СМИ высказали соболезнование всему научному свету России… Как известно, 14 января в полдень жители Николаева проводили тело покойного до Бугского моста. Гроб под пушечные выстрелы был положен в цинковый ящик и затем в сопровождений сестры покойного отправлен в Черниговскую губернию для погребения в фамильном склепе в имении родственников покойного.

Здание бывшего ракетного завода в Ракетном урочище г. Николаев

Николаевский ракетный завод в последствии стал передовым механизированным предприятием.  После кончины великого Константинова управлять заводом стал его ближайший ученик Нечаев. Под его руководством на заводе изготовлялись боевые и осветительные ракеты, а с 1890-х годов, главным образом, сигнальные и спасательные ракеты.

Во времена правления Нечаева на ракетном заводе в период русско-турецкой войны в 1877 году было изготовлено 5000 боевых ракет, в 1878—1879 гг. — 3300 трехдюймовых осветительных, 940 трехдюймовых пироксилиновых и 3850 двухдюймовых боевых ракет. В 1885 г. боевых ракет было изготовлено лишь 500, в 1876 г. — 200 осветительных ракет, а в 1898 г. и в 1904—1905 гг. во время русско-японской войны — 9000 ракет.

Но, в конечном итоге, в связи с отсутствием заказов Николаевский завод в 1910 году был закрыт, и производство единственного образца трехдюймовых ракет переведено в Шостку. В 1911 году в зданиях завода разместилась радиостанция, обслуживавшая русские войска во время первой мировой войны. С 1920-х годов здания постепенно разрушались, некоторые из них были отремонтированы и превращены в жилые дома. Потом большая часть обветшавших строений Николаевского ракетного завода была снесена, а на этом месте окончательно разместился жилой массив — Ракетное урочище.

Вот как оно бывает. А ведь в Николаеве даже нет памятника этому выдающемуся ученому. Правда, есть мемориальная доска, но кто сегодня читает мемориальные доски…

По материалам: книги«Константин Иванович Константинов», Г.Ю. Мазинг П.И. Качур

 

Таня Грачева