Луна. Куда летят собаки

Прочитали: 2761

Николаевский художник, иллюстратор и музыкант Митя Фенечкин  не забывает описывать свои настроения не только с помощью красок и музыки, а еще и с помощью доходчивого русского языка. «Куда летят собаки» осенняя зарисовка, эмоциональная компания слов!  


Никогда не просыпайся раньше, чем закончится сон, иначе, когда он сбудется, ты проснешься еще раз в тот момент не оконченной истории, в который проснулся в первый раз, но проснешься в сверх'явь и будешь там до тех пор пока история вновь не повториться...

Эти слова услышали в одном сне сразу два совершенно одинаковых человека, которые никогда не встречались не в реальности, не где нибудь еще, как им сперва казалось. И один из них тут же проснулся на ноте ре, а второй продолжил пребывать во сне до самого его завершения, а по пробуждению тут же забыл его.   Если бы мы с вами или возможно вы без меня имели такую привычку прибывать в двух связанных некими паутинками городах одновременно, то могли бы наблюдать, как по вторникам распахивалось окно второго этажа над Невой, и ветер, столь долго шорхающийся у форточки, наконецто врывался в комнату, принося с собой последние новости, подсмотренные в отражениях реки, оставлял их на одеяле, под которым, завершив сон пробуждался Даня, по очереди разлепляя веки, сначала левое, потому как из него сон ушел первым, а затем правое. По вторникам окно находилось на стене с северной стороны и летом это его радовало куда сильнее, чем пробуждаться в четверг, когда окно выходило в дворик, где располагался кабак. "Сытый слон".

В это же самое время близнец ветра с Невы - ветер с Ингула плавно проникал в широкие щели стареньких окон зеленого дома на сухом фонтане города Николаева и собирался будить Никиту, который уже несколько минут как проснулся. Ветер близнец обиделся на такое и умер от скоротечной тоски на пороге.

Даня и Никита сегодня впервые узнали друг друга во сне, хотя встречались там уже много лет. Из-за их невероятной схожести они сами себя обычно путали друг с другом. Тогда в то же утро они и предположили, что у каждого из них есть брат близнец точно так же как и у ветров.

Одеты мальчики были в одинаковые белые футболки, с синими воротничками, только у Дани была на груди нарисована серебряная рыба с двумя головами и нескончаемым чувством жажды, которое то и дело превращалось в слово "храм" и срываясь с губ падало насмерть об асфальт. А у Никиты на груди сидела зеленая птица похожая на ладонь и глаза ее сверкали семью цветами радуги, каждый из которых соответствовал семи нотам и дням недели. Во вторник глаза птицы заблестели оранжевым и Никита говорил в только в тональности ре.

Позавтракав омлетом из 16 яиц карликовых перепелок и внимательно, что есть сил всмотревшись в пустой телевизор Даня решил пройтись в книжный на соседней улице, погадать о будущем на новой книге Саши Соколова. С ним лениво отправилась собака по кличке Луна. Она была в меру невидима и оттого могла находиться только в двух местах одновременно - правая ее часть вылизывала труп ветра на пороге у Никиты в Николаеве, а левая плелась в книжный шныряя меж Даниных шагов по Петербургу. Соединять две свои половины Луне удавалось лишь во сне, и до пробуждения первого из персонажей в явь.

Как известно родители любят детей больше чем дети родителей.  Мать Луны исчезла в сверх'явь потому что проснулась прервав вещий сон, и от нее осталась лишь гора вещей - вкладыши жевачек турбо, разрисованые сто рублей, макет снежного городка, игровая приставка, велосипед, игрушечный троллейбус и множество черно-белых фотографий. Когда Луна решила собрать это все себе в конуру, то обнаружила, что все это - изнанка вельветового пиджака, который носила ее мать. Правая сторона пиджака была серебристой, а левая зеленой с красными рукавами. Тогда Луна нарядилась в него и с тех пор его не снимает. А с изнанки появляются все новые и новые воспоминания. Луна ощущала в себе всю юность Никиты и Дани обЪединяя их память изнанкой пиджака, оставшегося от матери которая хранила в себе детство мальчишек. В отличии от мамы у Луны было три глаза-циферблата и стрелки их неслись быстрее и с каждым их кругом Луна чувствовала как близко исчезновение.

Добравшись до книжного, Даня распахнул триптих Соколова и палец его угодил на 164 страницу в самое яблочко фразы "по твоим венам течет кровь зеленой птицы с красной головой". С этого мгновения  Даня начал обгонять Никиту по возрасту и стал становиться старше. Левая сторона Луны с тех пор все больше отстает от правой и этим сильно ей досаждает.

По вторникам Никита имел свойство выходить на понтонный мост, что ведет в Соляные и ловить рыбу, хотя еще не разу ничего и не поймал, его интересовал сам процесс так и только так у него выходило сочинять песни. Нота ре не была его любимцем и чувствуя это она заглушала все слова, что он только выдумывал, это происшествие его сильно разозлило, но он не мог повлиять на ситуацию. И только когда удочка дернулась, Никита одновременно понял что впервые он что-то поймал и так же понял что именно это ему приснилось сегодня ночью. Он схватил дребезжащую рыбешку и услышал пальцами ее внутренний голос, который шептал слова песни, те самые что заглушала нота ре.
А слова были такие:

Когда души ускользают вспять
Вставай и давай летать
На обратной стороне ветров
Мы близнецы портовых городов

Мотив песни он четко помнил еще из обрывка сна, и отпустив серебряную рыбешку помчался домой за фортепиано, и как только Никита взял ре мажор, голова его разлетелась сотнями птиц по всей комнате, аккорд не прекращал звучать, ноты отскакивали от стены к стене, какие то улетали в окно и за ними стремительно бросались птицы, тело Никиты упало на деревянный пол, в грудной клетке лязгнул замок и из распахнувшейся клетки выпорхнула зеленая птица с красной головой и оранжевыми глазами, похожая на ладонь - это было сердце Никиты. Музыка стихла, птицы разлетелись по всему городу или даже по всей стране, а тело исчезло в круговорот сверх'яви.

Петербург проглотила ночь, запив его теплым ливнем со вкусом смородины и запахом старой книги, который стелется во все щели, волоча за собой сноп снов для всех обитателей города.

Даня проснулся рано, от чувства нехватки времени. Окно, как обычно в среду выходило на восток, где было очень накурено и  всюду настраивались музыканты, готовясь к выпускным экзаменам. На подоконнике его сидела удивленная зеленая птица с красной головой и ярко желтыми глазами, На коврике у двери спала небольшая собака в пиджачке, правая сторона его была серебристой, а левая зеленой с красным рукавом. Даня назвал птицу Ати, а собаку Лоти.

Когда у Луны появилось второе имя, она исчезла. Дане снилось как ее несли над городом птицы, но куда он так и не увидел, потому что его сон прервало безумно красивое пение Ати в тональности фа мажор.


Текст и иллюстрации : Митя Фенечкин