Модельная карьера, натуральность участниц и хейт: Дарья Зотова об изнанке конкурса «Мисс Украина»

Прочитали: 7479

 

Уже более 70 лет девушки во всем мире стремятся завоевать «самой красивой» и получить корону конкурса «Мисс Мира». В далеком 1951 году его проведение инициировал выпускник Оксфорда Эрик Дуглас Морли и данную инициативу поддержали десятки стран. Ныне это самый престижный конкурс красоты среди незамужних девушек. Стать одной из его участниц мечтают миллионы девушек по всему миру. 

Традиционно, каждая страна выбирает свою представительницу. Гранд-финал конкурса «Мисс Украина — 2021» состоялся в столице, 21 октября. В число финалисток вошла и николаевская модель Дарья Зотова (ранее Диана Недбай) — дочь миллионера Вячеслава Недбая. После сложного развода родителей девушка приняла решение сменить имя и фамилию. 

Несмотря на то, что Дарья не получила главную корону, хотя ее не раз называли одной из фавориток конкурса, девушка добилась высокого результата — вошла в ТОП-6 самых красивых украинок. NikLife пообщался с николаевской красавицей и разузнал, как  Дарья Зотова начинала строить модельную карьеру. Почему, будучи в олимпийском резерве, приняла решение уйти из гимнастики, но при этом стала чемпионкой Украины по танцам. 

Как оказалось, Дарья отважилась в 14 лет подписать свой первый контракт и улететь в Японию, но после этого ученица элитной гимназии №2 стала жертвой буллинга со стороны учителей, которые отправляли ее «красить ногти», а не гнаться за хорошими отметками. Хотя, как сообщила Зотова, работать она ездила только во время летних каникул. 

Девушка поведала, какие испытания девушки проходят дабы построить карьеру в fashion-индустрии и почему обложки журналов и вспышки фотокамер так манят юных красавиц. Дарья Зотова озвучила несколько важных моментов, которые уберегут начинающих моделей от недобросовестных клиентов, и поделилась своим стремлением поработать манекенщицей в Лос-Анджелесе.  

Также мы поговорили о натуральности внешности участниц национального конкурса «Мисс Украина», конфликтах, конкуренции и дружбе между девушками. Дарья рассказала, как участие в конкурсе изменило ее жизнь и повторила бы свой опыт.   


Как николаевская школьница стала моделью

NL: Помимо того, что вы участница конкурса «Мисс Украина», вы также профессиональная модель. Расскажите, когда начали заниматься моделингом и подписали свой первый контракт? Почему решили пойти в модели и на чем было основано это решение?

Д.З.: Первый раз пришла в моделинг я в 13 лет. Я пошла в Legend Models — это школа для моделей у нас в Николаеве. Мы просто пошли с подружкой – так же, как и на кастинг «Мисс Украина» – попробовать, чтобы вместе время проводить, но с толком. У нас были специальные занятия — фотокласс, этикет, дефиле, йога… Как только мы отучились, мне предложили контракт в Японию. Мне тогда было 14 лет. Я, конечно, сомневалась, но так как у меня мама раньше занималась моделингом и она в знает эту сферу, как и что устроено… Мама была «за», чтобы я поехала на первый модельный контракт. 

Я поехала в Японию. Конечно, мама говорит, что с первым моим контрактом у нее появились первые седые волосы, потому что было много проблем. Я в 14 лет ничего не понимаю, только учусь в школе, восьмой класс, приезжаю в такую огромную страну. Я жила в городе Осака — достаточно большой город. Там метро наземное, подземное, водное — просто любое. Я там, кстати, пару раз потерялась, но это был интересный опыт. 

Первая поездка — это, пожалуй, самая сложная поездка, но Япония — цивилизованная страна и все  люди относятся там друг к другу очень хорошо. Для меня японцы — это пример для подражания, как нужно вести себя в обществе. Они всегда спросят, как ты себя чувствуешь, перед макияжем сделают тебе масочку для лица, после макияжа спросят, нормально ли все было. 

Было сложно в том плане, что в 13-14 лет я еще не была сформирована как личность. Даже такие элементарные вещи я не могла себе приготовить. Звонила бабушке и говорила: «Бабушка, как варить гречку? Пожалуйста, помоги!». Именно в этом плане было сложно. Мне нравилась Япония, но я очень скучала по родным. Первую неделю я, наверное, каждую ночь плакала. Это, как в первый раз в лагерь приезжаешь, в первый день «Боже, я хочу домой», а в последнюю неделю уже плакала, что нужно уезжать. 

NL: В следующий раз поездка далась вам легче? Когда вы начали получать удовольствие от своей профессии?

Д.З.: Я начала получать удовольствие даже с первого контракта, когда уже раззнакомилась с девочками, пошла работа и я поняла, что могу в принципе сама жить и зарабатывать. Мне это очень нравилось. С первого контракта мне уже нравилось. 

Второй контракт, конечно, был полегче, а третий, четвертый и все остальные–  тоже. На следующий контракт я поехала уже через год, потому что я училась в школе на отлично и пропускать учебу я не хотела, поэтому ездила только летом. 

Следующим летом я поехала в Китай. Там тоже была довольно сложная поездка. Я  не думала, что Китай и Япония могут так отличаться. Если японцы — это пример для подражания, то китайцы — антипример.

Буллинг, изнурительные съемки и потребительское отношение: что приходится терпеть моделям        

NL: Многим людям кажется, что модели — это просто красивые девушки, которые ходят по подиуму. Так ли это? С какими сложностями сталкиваются манекенщицы? 

Д.З.: Я «обожаю» этот стереотип, об этом говорят на каждом шагу. Каждая профессия сложная и в каждой профессии есть свои нюансы. В моделинге, конечно, их очень много. Я могу назвать самые элементарные моменты. Например, никто не знает, что осеннюю и зимнюю коллекцию девочки могут снимать летом, и обычно именно так и происходит. Чтобы осенняя коллекция вышла, нужно сначала все отснять. Тот момент, когда ты стоишь, 30 градусов жары, в пуховике, в кофте и делаешь вид, что тебе холодно. Тебе говорят: «Согревайся!». Это очень сложно. 

Во-вторых, часто в некоторых странах к моделям относятся просто, как к манекену. Ты пришла — значит ты должна делать свою работу и всем все равно, как ты себя чувствуешь. Ты не можешь сказать, что у тебя просто болит голова или что-то случилось в семье, ты рассталась с парнем — это никого не волнует, ты все равно должна показывать работу, тебе за это заплатили деньги. 

Часто бывает такое, что туфли не подходят по размеру, как у нас было на шоу. На «Мисс Украина» многим девочкам туфли очень давили, и мне в том числе. Но когда ты идешь по сцене, ты не должна вообще этого показывать. Это тоже сложно. Натертые ноги в кровь никого не волнуют. 

Насчет стереотипов — это очень болезненная тема, потому что, когда я училась в школе, многие учителя знали, что я езжу (по модельным контрактам, — NL) и считали, что я еду отдохнуть. Когда я приезжала, то они говорили: «Что ты сюда приехала и хочешь отличные оценки? Иди дальше отдыхай!». Они думали, что это все только про красоту. «Тебе нравится ногти красить, прически делать, вот и иди туда», — это про стереотипы. 

В Китае бывает, что съемки длятся по 14-15 часов, и у тебя не спрашивают голодна ли ты, устала ли ты. Всем нужно просто отработать. Ты это понимаешь и ты не можешь ни пожаловаться, ничего сделать, потому что это твоя работа.  

Дарья Зотова( на тот момент еще Диана Недбай) - выпускница Гимназии №2

NL: Сколько стран вы уже объехали и где самые лояльные условия труда для моделей? 

Д.З.: В разных странах есть разные агентства, поэтому я по своему опыту сужу, я не во всех агентствах была. Возможно, девочка поедет в другое агенство и там будет к ней лучше отношение. Мой первый контракт был в Японию, потом Китай, после этого я опять в Японию вернулась, дальше была Индонезия, Турция (Стамбул), Катар (в Дохе была direct job на пару дней), Греция, снова Турция, в Барселона (Испания) — это пока все, что я вспомнила… Естественно, у меня сохранилось мнение, что в Японии самое лучшее отношение к моделям. После Японии, наверное, идет Испания (Барселона), потому что там все живут в размеренном темпе, все к тебе относятся как к человеку, пытаются поговорить и наладить connect. Самое худшее отношение, и это все девочки модели между собой знают, это ни для кого не секрет, — в Китае. Там к тебе относятся просто, как к манекену. Ты, как робот, делаешь свою работу и никто тебя не спрашивает, как ты себя чувствуешь и что ты хочешь. 

NL: Зная все сложности, с которыми приходится столкнуться манекенщицам, почему все-таки девушки так стремятся стать моделями? 

Д.З.: Потому что это возможность реализовать себя. Реальная возможность для девочек показать, что они могут достигнуть чего-то большего, потому что для маленьким девочкам в 13-15 лет и даже 16 лет сложно устроится на какую-то работу, тем более зарабатывать хорошие деньги. 

В моделинге это возможно. Ты можешь хоть в 14 лет полететь на контракт и заработать такую сумму, как в Украине люди зарабатывают за месяц.    

NL: Ваша мама также была моделью. Можно ли сказать, что вы с детства хотели попасть в индустрию красоты? 

Д.З.: Я думаю, что можно, потому что мы в детстве с сестрой смотрели, тогда еще кассеты, диски с мамиными показами. Мама всегда была в короне, красивая ходила в разных нарядах. Мне это очень нравилось. С детства мы с сестрой начинали вот это переодевание, какие-то свои показы делали. Поэтому, я думаю, что да — с детства это пошло. 

NL: Помимо моделинга, вы также профессионально занимались танцами, являетесь кандидаткой в мастера спорта. Расскажите об этом увлечении. Никогда не хотели стать тренеркой? 

Д.З.: Перед этим я занималась гимнастикой 10 лет и была в олимпийском резерве, но потом мне стало очень сложно, было по три тренировки в день. Я решила поменять хобби, и мы пошли на танцы. Как-то так завертелось, закрутилось, очень понравилось и мы начали выступать на конкурсах. Дошли до того, что мы с партнером стали чемпионами Украины и на этом я решила, что уже, наверное, закончу. 

В занятии танцами тоже есть свои сложности — нужно каждый день ходить на тренировки, регулярно готовиться к новым турнирам, семинары по 6 часов. Это было сложно, и я решила оставить только концертную программу. Заниматься с детками и преподавать я думала, но эту нишу заняла моя сестра. Я шучу. Сестра преподает деткам танцы и также она делает свадебные постановки, или просто на какие-то мероприятия. Я пару раз также ставила свадебные танцы, но в силу того, что я часто уезжала по контрактам, не было возможности находиться на месте и преподавать. 

NL: Если бы стоял выбор – танцы и моделинг, – что было бы в приоритете? 

Д.З.: Этот выбор у меня стоял после 11 класса, когда нужно было либо уезжать на контракт, либо оставаться и заниматься танцами. Я выбрала моделинг, потому что в танцах очень сложно заработать деньги. Обычно танцы — это про вкладывание денег, потому что бальные костюмы, семинары, тренировки — все это дорого стоит. Чтобы начать зарабатывать деньги, нужно сначала очень сильно вложиться, а у меня не было на тот момент денег, чтобы вложиться. У нас была семейная ситуация неподходящая. Поэтому, я решила, что на данном этапе мне будет выгоднее сначала заработать деньги, а потом уже, если захочу, то для себя заниматься танцами. 

Как в загруженном графике найти время для учебы, работы, развития и личной жизни 

NL: Сейчас вы студентка. Расскажите, где учитесь и какую профессию выбрали? Как вам удается совмещать карьеру и учебу? Чем приходиться жертвовать ради карьеры модели? Влияет ли это на вашу личную жизнь и как именно?

Д.З.: Приходится жертвовать сном. Я учусь в университете имени Сухомлинского на специальности «Фінансі, банківська справа і страхування» на четвертом курсе и уже заканчиваю учебу. К счастью, на четвертом курсе уже полегче совмещать это все, но поначалу было сложно. Повезло, что в нашем университете лояльные преподаватели, которые разрешали мне немного позже сдавать какие-то работы, немного раньше сдавать. 

Жертвовать приходится, к сожалению, сном, друзьями, вот таким… Насчет учебы — я хочу закончить эту специальность и поступить на другую. Хочу на филологический, так как я преподаю деткам английский. Пока на любительских началах, а я хотела бы заниматься этим профессионально. Для этого, конечно, нужно отучиться в университете.

NL: У вас сейчас очень высокая загруженность. Удается ли находить время и для личной жизни? 

Д.З.: Да, удается находить время и для личной жизни. Мне кажется, для этого много времени не нужно. Это можно совмещать с некоторыми проектами. 

Как конкурс «Мисс Украины» изменил жизнь модели

NL: В этом году состоялся юбилейный 30-й конкурс «Мисс Украина». Какие были требования к участницам, в частности касательно натуральной красоты и параметров? Все ли отобранные участницы соответствовали заданным требованиям или в ТОП-25 все-таки вошли девушки, которые улучшали свою внешность?

Д.З.: Да, в этом году организаторы конкурса делали акцент именно на натуральности. Каждая девочка делала, как считает нужным. Я могу сказать только о себе — я пришла абсолютно натуральной на конкурс. Об остальных девушках говорить не буду. Я считаю, что натуральность — это необсуждаемая тема, потому что конкурс красоты — это о тебе. Если ты себе все переделала, то это уже не ты. Раньше все конкурсы красоты были про натуральность. Сейчас у нас это почему-то отошло. 

Конечно, я считаю, что (возвращение требований натуральности, — NL) это правильно. Например, на Олимпиаде, если ты пользуешься допингом или еще какими-то веществами, тебя дисквалифицируют. Также и в конкурсе красоты тебя должны дисквалифицировать, если узнали что-то подобное. Так многие девочки могут быть очень красивыми. 

Я была вообще за то, чтобы девочки хотя бы на первый кастинг, на первую встречу приходили без макияжа. Возможно, какий-то минимальный крем для лица, брови немного подкрасить и ресницы. Когда я пришла на кастинг в Киеве, то подумала: «Надеюсь, что берут натуральных». Я увидела девушек с прическами из салона, макияжем, наклеенными ресницами и почему-то почувствовала себя такой серой мышкой. На самом деле, оценили по достоинству и взяли девочек, которые были более-менее натуральными. 

NL: Расскажите о кастинге, как все проходило, сколько было участниц. Весь процесс прошел для вас легко или были какие-то сложности? 

Д.З.: Для меня этот процесс прошел очень легко. Для остальных девочек не знаю, так как все подавали анкету онлайн и было больше 20 тысяч анкет на открытом кастинге. В Киеве было более тысячи человек. Именно на открытый кастинг в Киеве я и ходила. Это уже было, по-моему, в августе. Как-то все быстро, спонтанно произошло. Мы с подружкой были в «Гулливере» и так вышло, что просто решили пойти на кастинг и я прошла. Я даже не успела оглянуться, как уже ТОП-25, ТОП-12 и ТОП-6.     

NL:  Перед конкурсом все девочки жили в тренировочном лагере. Расскажите, где вы жили, какие были условия, график. У вас были отдельные апартаменты или вы делили комнату с другими конкурсантками? 

Д.З.: Перед конкурсом мы жили 11 дней в лагере, готовились к самому финалу. Мы жили все по две девочки в комнате. Это был загородный комплекс. Мы жили в домиках, каждая девочка со своей соседкой. Я жила с Алиной Ляшук, она в прошлом участница «Холостяка». Мы с ней довольно сдружились, и у нас не было никаких проблем, что мы живем вместе, спим на одной кровати, под одним одеялом. Условия были такие.  

NL: С кем из девушек еще подружились? Или на конкурсе нет места дружбе? 

Д.З.: Я считаю, что дружбе место есть везде, и даже на таком конкурсе. Мы с девочками абсолютно не вели себя как конкурентки, потому что не было смысла делать друг другу подставки или еще что-то. Мы все дружили. Я подружилась со многими девочками, а с некоторыми я не общалась в силу того, что просто мне не импонирует человек. С очень многими девочками до сих пор общаемся. Когда я приезжаю в Киев или другие города, мы встречаемся. 

NL: Случались ли конфликтные ситуации в борьбе за корону?

Д.З.: У нас случались конфликты только на репетициях, когда кто-то считает, что тут это движение должно быть, а кто-то говорит другое. Вот такие ситуации были, а других конфликтов не было. 

NL: Перед отъездом вы предполагали, что жизнь в тренировочном лагере могут превратить в реалити-шоу,  но этого так и не произошло. Как вы считаете, если бы такой формат все-таки реализовали, вели бы себя участницы конкурса по-другому? 

Д.З.: Я считаю, что да, вели бы себя немного по-другому. Я потом пожалела, что не было никакого реалити-шоу, потому что зрители, которые за нас голосовали, и жюри, оценивали только внешнюю оболочку и, может, быть немного благотворительные проекты. Они не знали, кто из девочек есть кто, как они разговаривают, как они общаются, поэтому, может быть было бы лучше, если было бы реалити и оценивали еще и человеческие качества. 

NL: У вас был довольно напряженный график, все расписано по часам. Встреча с какими спикерами или коучами, известными людьми вам запомнилась больше всего? Возможно, вас кто-то вдохновил? 

Д.З.: У нас был напряженный график. Каждый день, помимо тренировок и репетиций, было по 2-3 мастер-класса в день. К нам приезжали очень интересные спикеры. Из тех, кто мне больше всего понравился, — спикер по этикету Наталья Адаменко из шоу «Від пацанки до панянки». Она очень интересно подавала свой материал, с жестикуляцией, отсылками на нас. Мне очень понравилось и я прям «загорелась», чтобы пойти на ее индивидуальный курс. 

Также к нам приезжала спикер из Brocard и рассказывала, как правильно выбрать свой парфюм, как и в каком состоянии этого делать не стоит. Это тоже было очень интересно. К нам приезжали косметолог, стоматолог, парикмахеры, рассказывали какие-то базовые вещи — как ухаживать за своими зубами, лицом, волосами. В принципе, все было довольно интересно. Каждый мастер-класс был познавательный и полезный для меня, но больше всего понравился мастер-класс по этикету и, я думаю, не мне одной, многие девочки согласятся со мной. 

NL: Образ каждой девушки, которая выходила на сцену был создан непосредственно специалистами конкурса или участницы могли как-то на это влиять? 

Д.З.: Прическу и макияж школа стиля и макияжа, которая с нами работала, разрабатывала заранее для каждой девочки. У каждого мастера были референсы, что нужно делать. В то же время нам не запрещали вносить какие-то правки и разговаривать со своими визажистами, стилистами. Допустим, если ты не хотела, чтобы у тебя были локоны, ты могла попросить ровные волосы. Нам сказали, что это можно делать, и многие девочки этим пользовались. Я ничего не говорила, мне все нравилось. 

NL: Разрешали ли вам связываться с родными или это также было прописано в графике, так как на территорию загородного дома, где вы жили, не пускали никого? Не было ли запрета на публикацию фото и ограничения по соцсетям?

Д.З.: Таких запретов у нас в правилах не было. У нас не «Топ-модель по-украински» и телефоны не забирали. Телефоны могли забрать только во время репетиций, чтобы девочки не отвлекались на какие-то сообщения. А так мы ими пользовались. Наоборот, нам говорили: «Девочки, выставляйте больше постов, больше историй, чтобы люди знали, чем мы тут занимаемся». 

Мы были в загородном комплексе. Из него нельзя было выходить и нельзя было кому-то туда приезжать, нельзя было заказывать туда доставку никакую. Нам передавали некоторые вещи из Киева, специальные накладки для костюмов. Кто-то из знакомых, видимо, туда положил шоколадки. Но распаковали эту посылочку и отдали нам только накладки. Передавать ничего нельзя было, встречаться с родственниками нельзя и приезжать тоже. 

В шаге от победы

NL: Во время гранд-финала на сцене было много «звезд». Конкурсантки репетировали свои выходы вместе с ними или же вы встретились только на сцене? Кто вас впечатлил больше всего? 

Д.З.: У нас был генеральный прогон в день финала и за день до финала с некоторыми «звездами», поэтому мы с ними тоже репетировали. С TVORCHI репетировали несколько раз, с Димой Монатиком, Юлией Саниной из HARDKISS, Go_A. 

Вообще, это очень необычный опыт. Мне понравилось, что мы могли стоять за сценой и рядом стояли Надя Дорофеева, Дима Монатик. Дима Монатик по энергетике очень сильный. Он каждую репетицию отрабатывал на 100%. Когда мы с девочками смотрели на него, понимали, что это то, как нужно работать. Многие девочки ленились на репетиции, могли не надеть каблуки или работать в полсилы, но когда мы посмотрели, как работает Дима Монатик, каждый раз выкладывается, мы конечно заряжались и старались на максимум выкладываться.  

NL: Вам удалось выйти сначала в полуфинал, а затем и в финал конкурса. Вы ожидали, надеялись на такой результат? 

Д.З.: Когда мы начинали репетировать выход с HARDKISS в 12-ку, я думала: «Я должна обязательно сюда пройти! Тут очень классная музыка и прям заряжаешься энергетикой, надо 100% сюда пройти». Когда нам показали под какую песню мы будем выходить на суперфинале — это была песня Димы Монатика «Сильно красивая», а это прям моя любимая песня, — я думала: «Я должна обязательно пройти в ТОП-6, остальное уже не важно». На ТОП-6 я себя сразу настраивала и знала, что я туда пройду. Я репетировала все выходные на максимум, потому что я знала, что я там буду. 

NL: У вас присутствовало какое-то волнение? Возможно, были какие-то страхи или сомнения? 

Д.З.: Так как я занималась бальными танцами, то у меня не было боязни сцены и это мне очень помогло, потому что многие девочки думали, как встать, как выйти, как посмотреть на зал, а у меня этого не было. Волнение присутствовало только перед первым выходом, когда ты понимаешь, что наконец-то все начинается. Играет наша музыка и начинаем выходить — все началось. А после этого все пролетело, как один миг. Я вообще не заметила волновалась я или нет. 

NL: Когда вы стояли в шестерке лучших, какие мысли были в вашей голове? 

Д.З.: Я, когда стояла в шестерке, смотрела уже на зал, какую грандиозную работу мы проделали, я уже в принципе была довольна собой и нами всеми. Все зрители хлопали, были абсолютно счастливы. Мне уже это нравилось. Насчет того, думала ли я, какую корону мне дадут, то эмоции были разные. Просто не ожидала такого решения судей, не ожидала такого решения жюри. Даже когда объявили 12-ку, я очень удивилась. Это вообще не соответствовало каким-то моим представлениям. 

NL: Как вы считаете, почему жюри не выбрало вас победительницей? Вы были расстроены таким решением?

Д.З.: Недоглядели, я думаю! На самом деле, так как я до сих пор не понимаю по каким критериям оценивали девочек, примерно я понимаю, что это внешность, поведение на сцене оценивали больше всего. Я не знаю, нужно спросить у судей, почему не я. Насчет того, расстроилась ли я, то я вообще не расстроилась. Мне кажется, больше расстроились мои родные, мама, сестра, потому что, когда я их встретила, то мама с сестрой говорят: «Ты только не плачь!». Мне вообще круто, я прям кайфанула от процесса, от того, что мы сделали. Проделали такую грандиозную работу и главное, что всем зрителям понравилось. 

NL: Вы согласны с решением судей? До финала проводились опросы, кто войдет в тройку и во всех них были и вы. 

Д.З.: Да, за день до финала у нас с девочками проводился опрос между собой и мы все голосовали, кто будет «Мисс Украина», «Вице-мисс Украина»,  Miss Earth Ukraine  и Miss International Ukraine. Я была в ТОП-3 с другими двумя девочками, которые вообще даже не прошли в 12-ку. Мы больше оценивали, я думаю, личные качества, так как мы знали друг друга по общению. У меня есть такая особенность, чем больше мне нравится человек внутренне, тем больше он мне начинает нравится внешне. Мы, наверное, были предвзяты. Поэтому, жалко, что не было никакого реалити-шоу или с нами общались не все члены жюри, например, чтобы узнать каждую девочку лично. 

NL: Зная, что вы остановитесь в шаге от финала, вы бы повторили весь этот путь?

Д.З.: Да, однозначно да! Я и сейчас своей сестре говорю, чтобы она шла и попробовала, потому что это мне дало очень много возможностей, очень много знакомств, новой информации. Я бы однозначно повторила это еще раз. 

Новые возможности и жизнь после «Мисс Украина» 

NL: Конкурс — это всего один из этапов жизни. Для многих девушек он становится трамплином для дальнейшего развития. У конкурса было довольно много спонсоров и в зале присутствовали влиятельные люди, модельеры, вам уже предлагали сотрудничество? 

Д.З.: Я сейчас сотрудничаю со школой макияжа Ирины Хомяковой, которая с нами работала. Также у меня есть и другие предложения, но пока загадывать не хочу. Я не люблю рассказывать о своих планах наперед, поэтому пока промолчу. 

NL: Существует мнение, что многие девушки участвуют в конкурсах красоты, чтобы найти состоятельного супруга, спонсора для дальнейшего развития, продюсера. Как вы считаете, так ли это? 

Д.З.: Еще один стереотип. Возможно, какие-то девочки пришли именно с этой целью. Я могу говорить только за себя. Я пришла, чтобы меня увидели, появились новые предложения по работе. Так как я работаю в моделинге, возможно, чтобы поднять ценник, набрать аудиторию. Только ради этого. Я даже думала,если не пройду в ТОП-12 или ТОП-6, будут поступать новые предложения. 

NL: Многие модели также сейчас развивают и личный блог. У вас увеличилось количество подписчиков в Instagram после конкурса? 

Д.З.: Количество подписчиков увеличилось. Сейчас конечно меньше их появляется, но за период участия в конкурсе добавилось порядка 2-3 тысяч. Все это живые люди. Я никогда у себя не накручивала подписчиков и не стремлюсь, чтобы было определенное огромное число. Я хочу, чтобы это были люди, которым интересно меня смотреть и слушать. 

NL: После конкурсов красоты многим участницам начинают поступать предложения не только профессионального характера, но и личного, нередко непристойные. Повысилось ли к вам мужское внимание после финала и, возможно, вам уже поступали подобные предложения.  

Д.З.: Мне такие предложения поступают каждый день в direct, и их очень много. Я не думаю, что это зависит от того, поучаствовала ты в конкурсе красоты или нет. Конечно, после участия в конкурсе в Instagram появилось еще больше таких предложений, но я, как не реагировала на них, так и не буду, потому что это противоречит моим принципам. Я просто очень четко сразу понимаю, даже по предложениям работы, когда пишут вроде бы классная, нормальная работа, но если я вижу какой-то подвох, то сразу отказываюсь. Я уже много лет в моделинге и сразу отсеиваю такие предложения. 

NL: Каким должно быть предложение работы, чтобы вы согласились на сотрудничество? 

Д.З.: Это не обязательно должен быть известный бренд. Обычно людей, которые предлагают работу, я прошу скинуть страницу самого бренда, чтобы я видела какая одежда, что мы будем снимать и реальный ли это бренд. У меня такого никогда не было, но я такой человек, если я приду на съемку и увижу, что происходит что-то неладное, я просто развернусь и уйду. За границей чаще такое бывает, особенно в Турции, турки очень любят немножко приукрасить съемку. Ты можешь прийти на съемку ночнушек, а тебе подсунуть какое-то белье из секс-шопа. Конечно, я сразу разворачиваюсь и ухожу. За границей я так делала, а в Украине таких ситуаций не было. Я как-то сразу различаю нормальная это работа или нет. 

Красота не гарантирует успешной модельной карьеры

NL: Возможно, вы могли бы дать какие-то советы начинающим моделям, чтобы не угодить в подобную неприятную ситуацию недобросовестных работодателей. Достаточно ли только красоты, чтобы быть успешной моделью? 

Д.З.: Только красоты однозначно не достаточно. Были ситуации, когда девочка очень красивая, классно работает, но когда она приходит на съемку, ругается матом, курит, уходит со съемки. Такую девочку больше не возьмут на работу — это однозначно! Она не умеет общаться или замкнутая. У многих так, чем лучше человек внутренне, тем красивее он снаружи. 

Насчет того, как раскрутиться. Сначала, чтобы раскрутиться я соглашалась на многие предложения и обычно это какие-то бесплатные съемки, на TFP (Time for Prints) условиях, девушки модели знают, что это такое. Всякие макияжи бесплатные, чтобы тебя отмечали, видели. Всегда нужно делать отметки, чтобы тебя репостили. 

Насчет избирательности работ. Я могу посоветовать только одно, когда предлагают работу, нужно сразу спрашивать все подробности: какая студия, что будет, кто будет красить, кто будет фотографом, сколько часов снимать, сколько луков. Если это все-таки какие-то нечестные людми, которые хотят обмануть, то они не смогут ответить на эти вопросы. У них не будет этих ответов. 

NL: Что для вас красота?

Д.З.: Это ум девушки, умение вести себя в обществе, общаться с людьми. А если говорить о внешних факторах — это ухоженность, в первую очередь. Ухоженные волосы, ухоженная кожа, лицо. 

NL: В современном мире очень размытым стало понятие красоты, мир все больше уходит от стандартов и демонстрирует, что красота может быть разной. Как вы считаете, насколько актуальны ныне конкурсы красоты, что они могут дать девушкам? 

Д.З.: Я думаю, что конкурсы — это очень классно, потому что в наше время они очень сильно развиваются и с каждым годом становятся все лучше и лучше. Такой конкурс, как «Мисс Украина», не могу говорить о других, где есть место благотворительным проектам, каждая девочка делает свой благотворительный проект — это улучшает ситуацию даже в стране. Если каждый раз будут брать по 25 девочек и каждая будет делать свой благотворительный проект, уже будет на 25 проектов больше и это очень классно. Я после конкурса собираюсь дальше продолжать заниматься благотворительностью.

Мечта стать моделью в Лос-Анджелесе и хейт в соцсетях

NL: Вы планируете продолжать карьеру в Украине или, возможно, хотели бы заключить контракт с зарубежными модельными агентствами? Поступали ли вам такие предложения уже?

Д.З.: До карантина были грандиозные планы на Европу, на Америку. Моя мечта — побывать моделью в LA (Лос-Анджелесе), но карантин поставил под сомнения все мои мечты. Пришлось уже работать в Украине. Я не говорю, что это плохо, просто это по-другому. Тут нужно приловчиться. Из-за того, что я много работала за границей, мне было сложно настроится на украинских клиентов. После конкурса поступило много предложений и я уже отработала пару работ в Киеве и в Николаеве. Дальше снова еду на съемку в Киев. Опять же, не хочу загадывать, но должна быть очень крутая съемка, которая пойдет в журнал и надеюсь поможет мне в дальнейшем развиваться в этой сфере.  

NL: Часто ли вы сталкивались с хейтом в сторону выбранной профессии и присутствовал ли он во время и после участия в конкурсе? Как реагируете на него?

Д.З.: Я привыкла на хейт реагировать смехом. Я иногда, когда вижу подобные комментарии или еще что-то, могу начать в прикол также развивать эту тему. Из последнего, что на меня вылилось, когда выставили пост в «Мисс Украина» наши фотографии. Естественно, фотографии обработанные, естественно, купальники такие, что делают фигуру немного другую. Под фотографиями начали писать, как обычно, «сделанные губы, грудь». Я как-то абстрагировалась и даже не отвечала на эти комментарии, да и в лагере не было времени. Но потом я заметила, что мой брат начал меня защищать и вступил в перепалку с какой-то девочкой. Мне было приятно, но с другой стороны, на хейт лучше не реагировать, лучше его игнорировать. Чем больше ты реагируешь, тем больше это задевает человека.   

NL: Именно эту съемку проводила фотографиня Соня Плакидюк. Какие у вас остались впечатления от работы с ней и хотели бы еще сотрудничать? 

Д.З.: Я с Соней Плакидюк мечтала поработать очень давно, еще когда смотрела первые выпуски «Супермодель по-украински». Мне очень нравились ее фотографии. Когда я узнала, что нашим фотографом будет Соня Плакидюк, мы с девочками просто визжали от счастья. Мне очень понравилось с ней работать, она очень легкая на подъем личность. Во время съемки пытается как-то поддержать и мотивировать, говорит: «Ты классная! Очень крутая фотка вышла! Огонь!». Это очень заряжает и я бы очень хотела поработать с ней еще раз, надеюсь что получится.

Я бы хотела, скорее всего, с Соней поработать в стиле, в котором она очень хороша — это пин-ап. Я никогда не была в таком образе, но я хотела бы попробовать. С Соней, мне кажется, что это бы получилось очень круто.     

NL:  Изменилось ли что-то в вашей жизни после участия в конкурсе? Что он принес именно вам?

Д.З.: Жизнь после конкурса изменилась разве что тем, что стало больше интервью. В целом я работаю, как и работала, но немного больше. Я вынесла после конкурса — благотворительность нужно показывать. Если до этого я пыталась это скрывать, я думала — это нужно делать для себя. Сейчас я делаю, чтобы люди это тоже видели и зажигались этой темой, хотели помочь. Из грандиозного, что поменялось, — я буду показывать свою благотворительность. 

NL: Хотели бы вы сотрудничать в плане благотворительности с фондами, представительствами международных организаций, в том числе ООН, ЮНИСЕФ?

Д.З.: Я хотела бы попробовать поработать с такими организациями серьезными, но я также понимаю, что это очень большая ответственность. Поэтому я думаю, что к таким серьезным организациям я не готова, я начну с малого и буду работать с николаевскими, украинскими организациями, а там Дай Бог!

Кто может покорить сердце николаевской «завидной невесты»

NL: Финалисток «Мисс Украина» можно, без преувеличения, назвать «завидными невестами». Свободно ли сейчас ваше сердце и какой мужчина может его покорить? 

Д.З.: Я не люблю обсуждать личную жизнь, так как я не люблю выставлять личную жизнь напоказ, чтобы кто-то это отслеживал, поэтому я оставлю это в тайне. 

Для меня самое главное, во-первых, чтобы мужчина выполнял свои обещания. У меня есть, к сожалению, антипример моего отца. Многие нюансы из этого я себе тоже вынесла, с каким мужчиной нельзя связывать свою жизнь. В первую очередь, чтобы выполнял свои обещания, а дальше все, как у всех, — верный, заботливый… 

NL: Финансовое положение парня может повлиять на ваш выбор? 

Д.З.: Само финансовое положение нет. Скорее перспективность, так как я человек, который постоянно развивается и пытается добиться чего-то большего. Я однозначно не смогу связать свою жизнь с человеком, который будет стоять на месте и никак не развиваться. Поэтому перспективность скорее, чем финансовое положение. 

NL: Вы уже думали о переезде в столицу? 

Д.З.: Я думала об этом и сейчас задумываюсь все чаще, потому что реально много работы и мне не удобно каждый раз ездить из Киева в Николаев. Мне было бы удобнее приезжать из Киева в Николаев иногда. Поэтому надеюсь, что в ближайшее время получится переехать в Киев. 

Подытоживая, отметим, что победа или поражение в любом конкурсе красоты во многом — это дело случая, так как четко прописанных критериев оценки нет. Несомненно, участие в «Мисс Украина» или любом другом проекте — это своеобразный трамплин для девушек, которые хотят построить модельную или медийную карьеру. Но, как отметила Дарья Зотова, девушкам не стоит надеяться, что красота станет залогом их успеха. Помимо внешних данных, необходимо быть образованной, всесторонне развитой личностью.  

Общалась Дарья Козачук, специально для NikLife

Фото: Мария Горшкова