В реальной жизни не такие крутые: музыканты The Hypnotunez о Нацотборе, алкоголе и отношениях с фанатками

Прочитали: 1234

В свое время фронтмен группы «The Hypnotunez» Гера Луидзе собрал бэнд из классной компании – два саксофониста, гитарист, тромбонист, барабанщик и вокалист-контрабасист. И несмотря на то, что состав коллектива иногда менялся, концерты всегда были яркими, крутыми и необычными – провокационное сочетание свинга, джаза и классического рок-н-ролла в крайне экспрессивной обертке не оставляет равнодушных как в Украине, так и за ее пределами.

В 2016-ом году ребята стали «звездами» популярного вокального шоу «Х-фактор», а в этом году группа участвовала в первом полуфинале Национального отбора на песенный конкурс «Евровидение». Правда, ребята не прошли в финал, но объявили мини-тур по городам Украины, чтобы отблагодарить своих слушателей за поддержку. В Николаеве ребята представили несколько песен с нового альбома и отыграли хитовую программу, после чего отправились в гастрольный тур по городам Европы. А NikLife уловил возможность пообщаться с солистом группы Герой Луидзе и саксофонистом Тимуром Ахтамовым о скандале на Нацотборе, выступлениях в России, личной жизни и вредных привычках.


NL: Какие у вас впечатления от Николаева? С каким настроением ехали к нам?

Гера: Мы уже несколько лет регулярно ездим в Николаев. Уже не знаю, какой по счету раз мы тут. Первые разы мы приезжали зимой в слякоть, грязь. А сейчас все замечательно. Нам уже проводил экскурсию Любомир Борода. Было здорово. Нам нравится Николаев. Сам город показался мне комфортным. Несколько местных пивных баров мне понравилось. Мы любим приезжать в Николаев, потом – в Одессу. Нам привычно и комфортно в Николаеве играть – публика приходит на «Hypnotunez». Вот, что самое главное.

Тимур: Мне нравится центр. Много людей по сравнению с Херсоном. Мы недавно пересматривали видео с концертов в Николаеве. Всегда была публика молодая, активная. И концерты всегда были потрясающие, даже если это были небольшие группы людей – это удивляло очень. И так продолжается каждый концерт. Хорошая очень публика.

NL: Свои концерты в рамках этого мини-тура вы анонсировали как благодарность людям за поддержку в Нацотборе на Евровидение. Поэтому, нельзя не спросить вас об участии в этом конкурсе. Почему вы решили попробовать свои силы в нем?

Гера: В первую очередь на подобные проекты и конкурсы, в которых мы участвовали, мы ходим для популяризации и пропаганды музыки, которую мы играем, и около подобной, рокабилли-музыки в Украине. Пытаемся сделать так, чтоб украинский шоу-биз был не таким унылым, как он есть, а и разбавлялся хорошей музыкой. «Украбилльную» тусовку и сцену продвигать чуть-чуть дальше, чем она есть.

NL: Знали ли вы, что, по правилам конкурса, игру на инструментах придется имитировать?

Гера: Мы об этом знали, и поэтому в прошлом году отказались от участия. В этом решили, что пойдем. Мы знаем, что мы умеем играть, и люди знают, что мы умеем играть. Идеологическая составляющая преодолела все.

Тимур: Но это тяжело прыгать на сцене и просто танцевать, делать вид... Слегка стыдно, что ты не показываешь, что ты умеешь играть. Для музыкантов, которые еще не поют, это кажется очень бессмысленным.

NL: Как вы считаете, MARUV могла бы победить на «Евровидении-2019»?

Гера: Я не знаю. Там вообще происходит какое-то месиво страшное. Мы уже не следим, но нас просили сделать заявление по этому поводу. Я очень критично отношусь к артистам, гастролирующим по РФ и считающих аннексию Крыма нормальной. Им представлять Украину – не очень.

NL: В одном из интервью вы говорили, что очень давно были в России. Однако, вам поступало очень много предложений для выступлений в этой стране. Сколько вам предлагали за концерт в РФ?

Гера: У нас финансовыми вопросами занимается менеджер, поэтому я сумму точно сказать не могу. Но, предложения поступали, и мы отказывались. Последний раз мы были в России, когда в Кёнигсберг (Калининград) приехали с двумя другими украинскими группами. Но тогда еще не было такой ужасной ситуации. Это был 13 год, когда студенты только вышли на Майдан.

NL: Если бы вам предложили поехать от Украины на «Евровидение-2019» после того, как произошел конфликт между НСТУ и MARUV, вы бы согласились?

Гера: Я думаю, что да. Многие отказались, и их за это хвалили. Но я не могу понять, почему. Мы бы поехали. Почему нет? Что нам мешает? У нас более европейский формат, чем у других участников.

Тимур: Но у нас особенная ситуация. Мы первыми вылетели с одним баллом. Я говорил Гере, что было бы эпично победить.

NL: Как вы думаете, почему другие участники Нацотбора изъявили желание отказаться от возможности представить страну на конкурсе?

Гера: Мы не понимаем, что это за флешмоб, и в чем он заключается. Отказываться и гордиться этим? Лучше пускай отказываются гастролеры по России.

NL: Ваш опыт участия в шоу «Х-фактор» и Национальном отборе на Евровидение показал, что конкурсы – это ваш формат или совсем наоборот?

Гера: Нет. Не совсем. Но, Фактор – это пройденный этап. Он дал свой толчок. Нацотбор попробовали, да. После этого мы снялись еще в одной передаче, связанной с музыкой, но она выйдет в сентябре. Возможно, мы еще будем участвовать в проектах музыкального плана. Но, скорее всего, не в конкурсах. Но, после них растет популярность. Люди начинают нас узнавать. Может, мне так кажется.

NL: Тимур, я прочитала в вашей визитке на участие в «Х-фактор», что вы мечтали о личном инструменте. С того времени исполнилась ли она?

Тимур: Да, я приобрел свой собственный инструмент. Наконец-то! Потрясающий саксофон 54 года. Конечно, легче играть. Это не передать словами. Мало того, что он твой, так он работает правильно. Старый не давал расти. А так, я развиваюсь с ним, не расстаюсь, сплю, моюсь.

NL: Заводить отношения с фанатками – это нормально?

Гера: Я замечу, что я не очень люблю слова «фанаты». Я предпочитаю их называть наши друзьями, «Hypno Crew» и слушателями. Они есть. Наверное, из-за того же телевидения нас и узнали. Сейчас они сознательно приходят и знают, на какую группу они приходят.

Тимур: Как показывает практика, это не долгосрочные отношения.

NL: То есть, такая практика у вас все же была?

Тимур: Конечно, каждый концерт. Нет, ну не каждый, но… Встречаться с музыкантом – это очень тяжело для девушки. Нас же постоянно нету дома. Мы, так, одно-, двух-разовые парни. Иногда приятно прийти в компанию, где не знают, что ты играешь на саксофоне или любом другом инструменте. Там воспринимают таким, какой ты есть. Девушка, с которой ты познакомился на концерте, которая полюбила твою музыку, видит в тебе только музыканта. Я так думаю.

Гера: Да, в реальной жизни мы не такие крутые. Поэтому не имеет значения – фанатка или не фанатка. В любом случае нам нужно, чтобы она узнала нас как людей.

Тимур: У меня была девушка. Она узнала, что мы музыканты, пришла, познакомились. Два с половиной года встречались.

NL: На данный момент ваши сердца свободны?

Тимур: Да, мы одиноки.

Гера: Мы занимаемся исключительно музыкой. Это наша муза и любовь.

NL: В планах на ближайшие несколько лет есть пунктик стать «семейными»?

Гера: На несколько лет я не загадывал. Но, я надеюсь, что рост у нас будет такой же, как и последние несколько лет. Вот, у нас начнется европейский тур.

NL: Расскажите тогда о нем поподробнее.

Гера: Это наш третий выезд в европейские страны. Очень здорово. Тяжело, конечно, спать в машине, играть и ехать дальше. Но, публика клевая, музыка правильная.

NL: Вы позиционируете себя как украинские артисты?

Гера: Да, всегда. Но, многие вообще не понимают, где находится Украина. Мы говорим: «Ребята, это же самый центр Европы».

NL: Как вы отдыхаете?

Тимур: Когда вокруг постоянно очень много людей, хочется совсем противоположного. Компьютер, игра в приставку, просто сон, душ. Вообще всегда, чтобы хорошо чувствовать себя во время тура, нужна какая-то прямая плоскость, чтобы поспать, и душ, и еда. Главное, душ.

Гера: На самом деле мы все довольно разные в коллективе. Но, большинство из нас – спокойные ребята. На сцене выглядим так, как драйвовые ребята. Но это не означает, что мы такие обезбашенные в жизни. Отдых как раз наступает, когда ты выдыхаешь и приезжаешь домой.

NL: Вы отметили, что жизнь музыканта невозможна без дальних поездок. Какие впечатления у вас от дорог, по которым вы ездите?

Гера: С европейскими дорогами, украинские, конечно, не сравнить.

Тимур: Да, очень чувствуется, когда въезжаешь в Украину. Все сразу такие просыпаются: «Оп, мы уже в Украине».

NL: Вы видите себя и свое творчество в ближайшем будущем не в Украине на постоянной основе?

Гера: В ближайшее время – нет. Но, в идеале мы бы хотели иметь возможность  в любой момент находиться в другой стране и городе, но и в любой момент – возвращаться в Украину.

Тимур: Я бы хотел работать за границей, но жить – в Украине.

NL: Стиль жизни музыкантов очень часто связывают с алкоголем, наркотиками и другими вредными привычками? Это про вас?

Гера: Только тяжелые наркотики и все. (смеется) Это шутка. На самом деле у нас очень много работы помимо концертной деятельности. Участие в проектах то же. Когда мы приезжаем, мы занимаемся не только музыкой.

Тимур: Отдыхать у нас получается очень редко. А поэтому, мы стараемся выжать из отдыха абсолютно все возможные варианты. В последнее время я подустал от алкоголя, различных веществ, даже от кофе и энергетиков. Хочется иметь просто чистый, трезвый разум. Даже на сцену стало интереснее так выходить.

NL: Я правильно поняла, вы позволяли себе выйти на сцену выпившими и не только?

Гера: Разное бывало. Иногда дрались в клубах. [...] Да, могли. Но мы за чистый разум. Когда мы приезжаем домой, мы восстанавливаемся. Бегаем.

Тимур: Да, мы часто пьем и на концертах. По чуть-чуть. Но, по-разному бывает. Иногда хочется просто вина выпить. А иногда хочется «трешняка» какого-то.

Гера: Иногда мы приезжаем в хостел, идем в душ и просто ложимся спать, попьем кофе, общаемся между собой и отдыхаем. А иногда мы берем толпу, знакомых и незнакомых людей, и до утра с ними тусуемся.

NL: Гера, нельзя не спросить про ваши татуировки. Сколько их у вас?

Гера: Не знаю, я их не считал. Мало еще, хотя выглядит, что много. Когда я делал руку у мастера в Одессе, я даже не договаривался о какой-то конкретной картинке. Я говорил, что хочу приехать, посмотреть, что у него есть и придумать уже на месте. Смысл они имеют только для меня личный. Если мне предъявит кто-то за смысл, то это сразу посыл куда-подальше.

Общалась: Анастасия Михайлова
Фото: NikLife – Антон Малиновский, СТБ, УНИАН