«Построить космопорт в Украине – это реально»: «украинский Илон Маск» о космосе, инвесткапитале и будущем

Прочитали: 631

Будущее сферы космических технологий обещает быть весьма интересным, и, глядя на это, хотелось бы дожить хотя бы до начала реализации тех миссий, о которых сегодня говорят ученые. Однако, к сожалению, очень много людей проявляют скептическое отношение к перспективам развития данной отрасли, тем более в Украине. Но, если верить исследованиям, в стране можно даже открыть свой космопорт.

Что удалось сделать в этом направлении, что мешает Украине открыть свое «окно в космос», в интервью NikLife рассказал Дмитрий Легеза, основатель компании Space Logistics Ukraine. Легезу называют украинским Илоном Маском. Он утверждает, что космическая отрасль находиться в стагнации и нуждается в привлечении частного капитала. С лекцией «Космическая Украина» в рамках тура по стране, он побывал и в Николаеве.


NL: Чем занимается ваша компания? В чем заключается ее суть и задача?

Д.Л.: Основная задача нашей компании – это развитие космической отрасли у нас в стране. Мы видим, как на сегодняшний день развивается эта отрасль в других странах: Америка, Китай Индия. Какие бюджеты страны выделяют на развитие этой отрасли. Мы видим, какие новые открытия происходят в космосе. Мы видим, каким образом страны аккумулируют частный капитал и инвестируют частный капитал, деньги в эту отрасль. Китай два года назад открыл полностью все двери для частного капитала. Мы видим, насколько все быстро развивается. Мы имеем такую сумасшедшую инфраструктуру. Я уже достаточно глубоко и серьезно общаюсь с людьми в этой отрасли, и они все кричат о том, что надо срочно что-то менять. Я уверен, что если мы не сможем изменить в ближайшие 2-3 года, все останется так вялотекуще, мы просто потеряем космос для себя навсегда.

Одна из наших задач, которую мы перед собой поставили, – ответить на вопрос, возможно ли на территории Украины построить космопорт. Очень много скептических мнений по этому поводу. Но на самом деле это достаточно реально, реализовать этот проект. Потому, что на сегодняшний день во всем мире используются ракетоносители легкого класса, переходят к малым ракетам до 20 тонн, которыми более проще выводить грузы на орбиту. И тем самым для их запуска не нужны такие огромные территории отчуждения вокруг космопорта. Сейчас мы не имеем выхода своего в космос, но мы и не имеем возможности запустить наш ракетоноситель, потому что мы не можем полноценно его построить. Из-за того, что исторически Украина была скопирована с Россией, и мы строили определенные части ракетоносителей. Сейчас наша страна участвует в проекте «Антарес», американском, мы строим первую ступень для ракеты. И «Вега», это европейский проект, мы строим двигатель четвертой ступени, который уже точечно выводит спутники на орбиту Земли. Поэтому даже если мы сможем [а я уверен, что это возможно, надо просто желание] построить свою ракету, нам ее неоткуда запускать. А мы рассматриваем разные проекты: пуск с Канады, пуск с Бразилии, но почему то не ответили на самый простой вопрос, можем ли мы построить такую площадку на территории Украины.  Интересный факт: Украина не имеет ни одного спутника на орбите Земли на сегодняшний день, ни одного. Телекоммутационные, зондирование земли, Министерство обороны, пользуются спутниками других стран. Это печально потому, что даже за одну телекоммуникационную услугу мы оплачиваем в районе 20 млн долларов каждый месяц. Был у нас такой проект это спутник «Либідь». Вот это печально, что так произошло с ним. Потому что это были взяты кредитные деньги. Канада взялась за этот проект, взяла субподрядчика у России. Россия произвела, он был готов, мы могли его забрать, но мы не стали этого делать потому, что планировался его запуск с Байконура. Потом началась война и нам этот спутник уже никто не отдаст.  Так вот, этот спутник если бы мы вывели его на орбиту земли, мог бы перекрыть полностью потребности наших телекоммуникационных услуг и мы бы еще продавали по разным подсчетам от 50 до 60 процентов другим странам. Поэтому я уверен, что будущее у Украины есть, надо только желание. Еще один интересный факт: на сегодняшний день в Украине законом запрещено полностью участие частного капитала в космической отрасли, вообще. Полностью вся эта отрасль находится под государством и Министерством обороны. Мы даже с вопросом своего космопорта можем сделать только научно-исследовательскую работу. Проектную документацию мы уже сделать не можем, это уже будет нарушать законодательство нашей страны. Поэтому это очень важный момент, и для этого мы в принципе, в том числе, проводим лекции, ездим, рассказываем, объясняем. Потому что люди должны понимать, что постройка такой инфраструктуры и вообще модернизация всей этой структуры космической в Украине может стать сумасшедшим рывком для нашей страны, в технологическом вопросе, в экономическом, в научном. С нашей страной будут совершенно по-другому общаться  на геополитической арене потому, что страна будет иметь свое окно в космос. На самом деле это не такой дорогостоящий проект, как многие думают. Это надо конечно считать, безспорно. Но, по последней информации, Маск строит свой частный космопорт в Техасе, и он обойдется в 150 млн долларов – это дешевле аэропорта. По этому на сегодняшний день это очень реально и я уверен, что нашей стране это надо. Будем работать.

NL: Какие вопросы чаще всего задают люди на ваших лекциях?

Д.Л.: Люди простые. Поднимаются такие вопросы, знаете, как «Мы находимся не на экваторе». Да, мы находимся не на экваторе. Да, с экватора запускать намного легче и надо меньше потратить топлива, чтобы вывести груз на орбиту. У нас нет экватора в стране, но когда ты говоришь людям, что Байконур находится на нашей широте, а чуть-чуть ниже, люди удивляются. Есть намного севернее, намного южнее космопорты. То есть, мы территориально находимся здесь. Мы же не можем свою страну передвинуть. Мы исходим из того, что у нас есть. Это не является большой проблемой, просто немного удорожает процесс вывода груза. Но, с сегодняшними технологиями, как они развиваются, я думаю, что эта проблема  будет минимизирована в ближайшее время. Второй вопрос в том, что озоновые дыры возникают. Это неправда. Никаких озоновых дыр при запуске ракеты не возникает. Топливо используют уже тоже безопасное. Это керосин. Есть, конечно, и твердотопливные ракеты, есть еще конечно и на гептиле. Но, мы обсуждаем исключительно керосин. Самолеты летают над Николаевом постоянно, и ужаса никакого не происходит. В самом начале мы образовали дискуссионную панель в Киеве – туда мы пригласили депутатов Верховной Рады, министра Омеляна, представителя космического агентства, УкрОборонПром, представителей КПИ, Министерства Обороны и много-много еще было людей заинтересованных, знающих. И, на удивление мое, на дискуссионной панели особо никто скептически не высказывался. Свое мнение – да. Но это уже в кулуарных беседах. Всем интересно, на самом деле. Но давайте зададимся вопросом и ответим , можем ли мы построить? А если можем, а пройдет десять лет, а пройдет 20, а пройдет 30, 2 дня лететь на Луну, но как, извините меня, добраться до Австралии? А если у нас эти ракеты будут летать и возвращаться каждый день, то у нас можно получить и два, и три этих космопорта на территории Украины.

NL: Если все-таки удастся начать строить космопорт, то когда это может произойти?

Д.Л.: Я могу говорить за то, что мы можем. То есть, тут очень много факторов. На самом деле если бы была политическая воля, это можно сделать все очень быстро. Я думаю, что в течении нескольких, до 5 лет, этот проект можно реализовать. Мы можем сделать первый шаг – научно-исследовательскую работу, – где экологи, баллисты, геодезисты выберут точку и скажут: «Вот в этом месте можно построить космопорт». Мы этот процесс финансируем, то есть, грубо говоря, мы даем государству помощь в этом вопросе. Пожалуйста, вот мы уже начали, давайте подхватите  этот процесс. Мы также ведем переговоры с компаниями иностранными, которые тоже уже проектировали космопорты на разных точках мира. Мы столкнулись с проблемой того, что пока не можем до конца сформировать эту группу, так как люди не до конца знают, как это реализовать у нас в стране. Потому что никогда никто не строил космопорт. Мы строили ракеносители, но не строили космопорт. Поэтому, тяжело ставить какие-то временные рамки, в плане когда это будет реализовано. Но вот именно первый шаг я уверен мы реализуем в ближайшее время. Я думаю, это вопрос нескольких  месяцев, полугода.

NL: Дальше это зависит от чего законов, власти и тд.?

Д.Л.: Многих факторов, этим должен кто-то заниматься. Сама машина государственная не сдвинет это все. Она сама очень инертна, она двигаться не будет. Тут нужен частный капитал. Вот мы хотим стать таким магнитом, который будет объединять людей, которым это интересно. В том числе – бизнес. А на сегодняшний день у меня в окружении очень много представителей бизнеса, я сам бизнесмен. Но я это все пока, толкаю сам. Я думаю , что пройдет еще какое-то время, и люди начнут подтягиваться к этой теме.

NL: Вы сотрудничаете с какими-то крупными компаниями, которые уже имеют опыт в подобных проектах?

Д.Л.: У нас хорошая связь с NASA, мы общаемся с одним из руководителей NASA, Майклом Кесс. Мы общаемся с SpaceX, я общаюсь с рядом инвесторов американских. Они видят, что происходит у них  в Америке, они понимают, что за этим будущее. И они очень хотят инвестировать деньги, но для них главное – это изменение законодательства и четенько все просчитывать, раскладывать по полочкам, все высчитывать экономику, прибыль и все это показывать. То есть, это конечно этап следующий. Мы на связи со всеми, с европейским космическим агентством и с европейскими частными компаниями. Мы на сегодняшний день, знаете, как губка, которая впитывает в себя всю информацию, обрастает связями и контактами.

NL: Что касается самой постройки космопорта, какие вопросы больше всего беспокоят людей?

Д.Л.: Ну очень часто вопросы касаются космопорта. Я отвечаю на эти вопросы. Ну, такие: «А зачем нам это надо? Это же грязно». Ну вопросы такие, стандартные, которые надо просто людям объяснять. Недостаток информации рождает у людей такие вопросы. Это нормально. Поэтому, мы и занимаемся разъяснительной работой среди людей.

NL: Есть ли недоверие к вашей деятельности со стороны людей, общественности?

Д.Л.: Вы знаете, на сегодняшний день, что удивительно, [я даже  боюсь сглазить], пока сумасшедшая поддержка. Ну мы это можем видеть по чем? По комментариям в Facebook, по личному общению с людьми. Ну там где «У нас кормить некого, дороги дырявые», как людям объяснять, что эта тема может стать рывком, экономическим рывком? Это нашу страну можно вывести совершенно на новый уровень и при чем здесь дороги и голодные люди? Поэтому, вопросы стандартные. Какие могут быть вопросы, когда люди вообще об этом не думали? Это нормально, я сам об этом не думал год назад.

NL: Что космопорт даст нашей стране? Какие 3 основных пункта?

Д.Л.: Первый – это технологический и научный. Рост этой отрасли будет сумасшедший потому, что космос дает возможности для науки сумасшедшие. Второй –  это экономический рост. Бесспорно, рабочие места новые. Вообще, если отрасль оживет , запуск такого проекта автоматически тянет за собой полную модернизацию всей инфраструктуры. И третье – это конечно геополитический. Я считаю, что со страной, которая имеет собственное окно в космос, на мировой арене будут общаться совершенно по-другому.

Я думаю, что это будет такая сумасшедшая  кооперация. Европа не имеет возможности у себя на территории расположить, как бы не говорили, что Украина густонаселенная. Она то густонаселенная, но мы со специалистами сходимся, что область Одесская, Херсонская с выходом в акваторию Черного моря  могут теоретически удовлетворить наши требования. Это предположительно, это очень предположительно, но теоретически рассматриваются эти две области. Даже рассматривалась Николаевская, скажу честно тоже.

Из той информации, которую я пока собрал от специалистов, я понимаю, что это реально. Главное чтобы вы не думали, что мы сошли с ума, мы не сошли с ума. Мы сами изначально скептически относились, думая, что уже давно этот вопрос подымался и уже на него дали ответ. Но если мы на этот вопрос ни разу не ответили, ну может давай на него ответим.

Общалась: Мария Горшкова